Вот так

Мой босс, назовем его Мойше, светский еврей весьма левых взглядов, как-то рассказал мне, что его жена родилась в Польше у отца-еврея и матери-польки и в младенчестве была привезена в Эрец-Исраэль. Она выросла здесь как любой местный ребенок, с ивритом в качестве родного языка, не зная, что она нееврейка.

Когда Мойше и она собрались жениться и пришли в рабанут, оказалось, что рабанут в курсе дела, она не еврейка и о свадьбе не может быть и речи…
Она не знала ничего о своем происхождении и эта новость её просто убила. Она впала в истерику и потом в депрессию из-за невозможности выйти замуж за еврея.
Придя в себя, она потребовала сделать ей гиюр, и так и было сделано.
Они поженились и родили 3- детей.

На мой вопрос намеревалась ли его жена, проходя гиюр, соблюдать мицвот, он ответил недоуменным: «Нет, конечно. И никогда ничего не соблюдала».
Тут я ему выдал: «Так она осталась гоя! И дети твои гои».
Он страшно обиделся, и взяло время, пока отношения вновь пришли в норму.

Эта история полностью изгладилась из его и моей памяти, и не случайно. Я ее вспомнил спустя немало лет, и дело было так.

В 1987м я собрался ехать к Ребе в первый раз, просить браху для отца, который к тому времени отсидел в отказе 10 лет, из них 2.5 в лагере в Соликамске за клевету на советскую власть.

За несколько дней до моего отъезда ко мне пришел Мойше, и, войдя в мой кабинет, плотно закрыл дверь. Заговорщицки понизив тон, он попросил … привезти браху от Ребе для его 11-и летней дочери. Оказалось, что она больна эпилепсией, бывает до 5 тяжёлых припадков в неделю, и ничего не помогает. «Осталось только просить браху», обескураженно сказал он.
Я проинструктировал его как пишется обращение к Ребе, и что следует принять решение об исполнении какой-либо мицвы, чтоб сделать кли ле-браха.
Назавтра он принес письмо.
Я рассказал ему несколько историй вокруг брахот Ребе и чудес, которые творил Всевышний в связи с ними.
«Решено», сказал Мойше. «Дочка начнет зажигать шабатние свечи, вовремя и с брахой».
Я предупредил его, что Ребе занимается каждым обращением, но ответ, письменный или устный, бывает не всегда.
«Мне нужен не ответ, а чтоб девочка была здорова», был резонный ответ.

Я уехал в Нью-Йорк и «на долларах» передал Мойшино письмо прямо в руки Ребе, к большому неудовольствию Гронера (и получил браху и для отца, но это другая большая история, с массой мофтим).

Встретился я с Мойше только через 4 недели, сообщил ему, что передал письмо и спросил, получил ли он ответ.
«Ты знаешь, нет. Но вот уже 4 шабата дочка зажигает свечи, и не было ни одного припадка!», ликуя сказал он.
Забегая вперед скажу, что и через 10 лет она зажигала свечи и была здорова. Дальше – не знаю, связь потерялась.

И тут я вспомнил историю с гиюром её мамы! «Как же так?» — подумал я. «Если девочка гойка, то исполнение мицвы не могло дать результата! В чем же дело?»

А вы что думаете, френды?

Запись опубликована в рубрике Неявная Каббала. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>